Заглавная страница Автоликбез - Заглавная страница
Сделать стартовой Добавить в избранное Заглавная страница
Заглавная страница Юрий Гейко Официальный сайт
Заглавная страница

Заглавная страница
Об Авторе
Автоликбез на Авторадио
Публицистика
Проза
Марина
Фотоархив
Видео
Друзья
Написать письмо
Объявления
Кругосветка 2006
«Пункт назначения: Крым» (2014)
Документы
Авторадио



Rambler's Top100



Авторадио
Проект «Авторадио»

Заглавная »»   Публицистика »»   

Публицистика


Мой самый-самый Новый год. Или Как я стал самым счастливым человеком в мире.


      
      Поскольку сегодняшний «Автоликбез» в этом году последний и Новый, 2017-й, совсем уж на носу, я задумался: а какой Новый год был самым-самым в моей длинной и бурной автомобильной жизни?
      
      Их было несколько – необычных: лишь однажды в жизни я встречал Новый год в одиночку. В порту Гамбурга, в каюте сухогруза «Михаил Державин»: командировка от газеты за семь морей, в Гонконг и обратно. Изучение нелегкого труда моряков.
      
      Другой экзотичный новый год – в Нью-Йорке, в ресторане «Одесса», за одним столиком с друзьями и… Вилли Токаревым: он там пел, а потом присел к нам! В начале 90-х Брайтон был самым русскоязычным за всю свою историю...
      
      Но вот Новый год самый-самый!.. Вспомнил. И знаете, он оказался именно автомобильным. Да еще и каким!
      
      …Это случилась 30 декабря далекого 1986 года. Ровно тридцать лет назад. Глубоким вечером я пригнал домой с АЗЛК – завода «Москвич» - новую его ПЕРСПЕКТИВНУЮ модель: 2141!
      
      Их должны были выпустить к концу года около трех тысяч и продать со скидкой только работникам завода, так как, естественно, у машин были мелкие недоделки. Именно из трех тысяч фамилий и состоял список счастливчиков, утвержденный самим генеральным.
      
      А в итоге «сорок первых» выпустили… 240! И выкупить их надо было до Нового года. Обязательно! – финансовый-то год тоже кончался.
      
      Вы не представляете, что творилось в цехах за эту машину! Начиная с кузовного цеха, где лонжероны приваривались к полу, и до сборочного. Люди, бывало, и дрались. Заводчане.
      
      А чего мне стоило попасть в этот список! Ведь я, отработав испытателем на АЗЛК почти десять лет, давно уж трудился в «Комсомолке» обозревателем.
      
      Но я много о заводе писал. И бывал там, и о новом «Москвиче» писал, писал правду, потому что от этой машины искренне кайфовал. И как только я узнал о том списке избранных, то ворвался в огромный директорский кабинет и уже на пороге, в дурашливом отчаянии… бухнулся на колени: «Внесите, Бога ради, Валентин Петрович!»
      
      Внёс!!! Не ведаю, каким по счету, но когда народ понял, что машину получит лишь каждый двенадцатый, то за нее началось!..
      
      …В конце декабря восемьдесят шестого я не ухожу с завода несколько дней подряд. Выбираю кузов, цвет, а утром оказывается, что в ночную смену этот кузов… уводят. Я «столблю» второй – уводят и его, ночью.
      
      Жена моих восторгов от нового «Москвича» не понимает: она его просто не видела! Она уже нарядила ёлку, приготовила стол и по вечерам меня пилит, пилит… «Да зачем это нам нужно?» «Да ты ненормальный!»
      
      А на следующее утро я опять мечусь по конвейеру, как раненый зверь. И это - 29 декабря: последний шанс. Ношусь по цехам до самого вечера… ни одного бесхозного кузова нет: рядом с каждым - его будущий собственник, и он не просто работник завода, а обязательно какой-то начальник.
      
      Что же делать?! Я в полном отчаянии!..
      
      И вдруг чудо является! – мимо меня шествует руководство завода в синих нейлоновых халатах. А впереди – огромный седой, величавый генеральный: Коломников.
      
      Я - наперерез: «Валентин Петрович, у меня два кузова увели!»
      
      Он останавливается, спрашивает: «Ты какой цвет хочешь?»
      
      Какой уж тут цвет! Я грязный, взъерошенный, с красными глазами – ДА ЛЮБОЙ!!!
      
      Директор поворачивает голову к начальнику цеха окраски: «У тебя в моем резерве «Снежная Королева» еще есть?» «Есть» «Отдай ее Гейко»
      
      - Нет!!! - воплю я: - Нет, Валентин Петрович – вы своей рукой напишите!! – я рву к огромному брезенту, им накрыт резерв кузовов генерального – он рядом. Распахиваю брезент с края, хватаю контрольную книжку первого же кузова и сую Коломникову: - Напишите, ну прошу вас!
      
      Генеральный достаёт свою легендарную ручку с золотым пером и ТОЛЬКО с черными чернилами, пишет: «Для Гейко» и утверждает мое счастье своей грозной, размашистой, известной всему заводу подписью!
      
      А 30-го декабря 86 года никакой, но счастливый безмерно, я жму клаксон своего серебристого «сорок первого» с «шестым» двигателем под окнами нашей квартиры в Отрадном.
      
      Да, кузов тот, мной угаданный, оказался вторым чудом: неведомого в СССР цвета «снежная королева» - серебристый "металлик"!
      
      Жена фурией, в шубе поверх халатика вылетает на улицу, плюхается рядом, но… молчит! Оглядывается: огромный сверкающий, переливающийся капот, шикарный салон, чумные подлокотники, интегральные сидения, сильно скошенное лобовое стекло…
      
      - Гейка, это – пипец!
      
      Непечатное слово жена произносит благоговейным шепотом.
      
      Такой вот был у нас Новый год.
      



Все статьи Следующая»»
Юрий Гейко
counter