Заглавная страница Автоликбез - Заглавная страница
Сделать стартовой Добавить в избранное Заглавная страница
Заглавная страница Юрий Гейко Официальный сайт
Заглавная страница

Заглавная страница
Об Авторе
Автоликбез на Авторадио
Публицистика
Проза
Марина
Фотоархив
Видео
Друзья
Написать письмо
Объявления
Кругосветка 2006
«Пункт назначения: Крым» (2014)
Документы
Авторадио



Rambler's Top100



Авторадио
Проект «Авторадио»

Заглавная »»   Проза »»   Автоликбез »»   

Автоликбез


Единственная глава, которая к автомобилю никакого отношения не имеет. Почти не имеет...

Вряд ли можно сказать, что после дня рождения Марины Дюжевой, на который мы так счастливо успели, я «положил на нее глаз», – все шло, как шло. Снимались эпизоды нашего фильма, мы с Витькой-каскадером продолжали так кутить по дорогим кабакам, что мне пришлось, истратив свою немаленькую
      зарплату, продать с машины и приемник, и даже запаску.
      «Класть на нее глаз» было не безнадежно – бессмысленно. Ее сияющие, наивные, детские глаза принадлежали к другому миру, при ней самые жуткие матерщинники-киношники даже ни разу матом не ругнулись. Она была для всех, как солнышко – без пятен и пола. Улетала самолетом на какие-то другие фильмы, прилетала, съемки продолжались.
      Поскольку мой сосед по номеру Витька не переставал «окучивать» иностранок, то частенько мне приходилось искать ночлег. И частенько я забегал к Маше, которая одна (поскольку прима) жила в двухместном:
      – Маш, можно у тебя кости бросить? А то наш Витек опять даму приволок.
      Она никогда не отказывала. Если у нее в этот вечер не было почти студенческих компаний с гитарой и сухим вином в трехлитровой банке, то мы вдвоем весь вечер сосредоточенно писали письма – я своей жене, в жизнь с которой уже почти не верил, а она... я до сих пор не знаю, кому она тогда писала. Иногда мы разговаривали.
      Потом гасили свет, желали друг другу спокойной ночи и засыпали. И я, клянусь, ни разу не подумал, что вот рядом, протяни руку, лежит молодая, красивая, мало того, знаменитая девчонка...
      Доходило даже до идиотизмов – однажды Дюжева заходит к нам, а я ее выгоняю:
      – Ой, Маш, уходи, не вовремя ты. Сейчас Витька «пшешек» приведет!
      В другой раз, поздно ночью, Витька берет с нашего стола початую бутылку шампанского и буднично так объявляет:
      – Я п-пошел к Машке в гости.
      – Удачи! – напутствую я его по-мужски солидарно, но что-то внутри меня в ту секунду екает. Или мне сегодня так кажется? Утром я вижу Витьку в постели и не без волнения (или снова сегодня так кажется?) спрашиваю:
      – Ну и как?
      Витька-каскадер машет своей обезьяньей ладонью с широко отставленным, длинным большим пальцем и отвечает:
      – Пэ-пэ-поговорили.
      Утром на съемке Дюжева меня серьезно спрашивает:
      – Слушай, у Витьки какая-то беда? Он пришел ко мне ночью, с шампанским, спрашивает через дверь: «Маш, у тебя кипятильник есть?» Я сказала, что есть, и впустила его. Он посидел часок и ушел, но был такой странный. У него что-то случилось?
      Ну как такую можно хотеть?
      Но однажды, спустя пять дней после ее дня рождения, вечером мне опять оказалось негде спать. И я опять завалился к Дюжевой. У нее та же самая, почти студенческая компания с гитарой в руках Витьки-звукооператора и с двумя трехлитровыми банками сухого, самого дешевого вина.
      Из последних сил терплю я эту песенную романтику, а они никак не расходятся. Мне бы поспать пару часиков, потому что в три ночи в аэропорту Симферополя Голубев поручил мне встретить какого-то артиста.
      Вина не пью. Песен не пою. Пережидаю единение душ, как курьерский поезд на переезде. Дюжева, конечно, в центре внимания – для неё поют, спорят, говорят умные мысли. Ко мне отношение – и я это ясно чувствую – осуждающее: они сюда на съемки приезжают деньги зарабатывать, а я – тратить. Они сидят по номерам с кипятильниками, пьют раз в неделю сухое противное вино, а я просаживаю жуткие суммы в ресторанах, таскаюсь с Витькой по бабам, устраиваю пьяные дебоши, подрался даже с богом съемочной группы, ее директором Голубевым, на глазах у всех из-за какой-то харьковской продавщицы овощного магазина, затянувшей свое роскошное тело в кожаный комбинезон. Все это знают, и меня уже давно в приличные компании не приглашают.
      А вот Дюжева относится ко мне не то что без малейшего налета презрения или высокомерия, как некоторые знаменитые, – даже ни капельки не свысока, хоть она тут познаменитее многих. Неслучайно же вся молодежь у нее постоянно собирается, как сегодня; пора бы им, кстати, уже и бай-бай, первый час ночи.
      Когда все наконец расходятся, спать уже не имеет смысла, потому что через сорок минут отчаливать в Симферополь за артистом, пропади он пропадом.
      Дюжева что-то читает, высоко лежа на подушке, водит глазами по строчкам с живым интересом, и спать ей, судя по всему, не хочется. У меня же глаза слипаются. Я так устал, будто это я, а не они орал весь вечер песни под гитару и пил сухое вино. Но делать нечего, беру какой-то журнал и силюсь в нем чего-то разобрать. Так проходит минут двадцать, и я не выдерживаю – ладно, поеду не спеша, как раз к трем поспею...
      – Маш, поеду, пора. Ничего, что я тебя закрою, а как вернусь, открою и тихонечко лягу? Ключ-то у нас один на двоих. Ты любовника не ждешь?
      – Нет, – серьезно почему-то качает она головой, отрывая глаза от книги.
      Я подхожу к ней, наклоняюсь, чтобы поцеловать в щеку:
      – Ну, тогда спокойной тебе ночи.
      Вы замечали, может быть, что все киношники, даже те, которые друг друга ненавидят, бурно целуются при встрече и расставании?
      За три месяца богемной жизни эта зараза прилипает и ко мне – я целую ее в щеку.
      Но вдруг под моими губами оказываются ее губы...
      Мне было тогда тридцать два года. Ей – двадцать пять. Я был женат. Она – разведена. Когда наш ялтинский роман еще не начинался, я удивился совпадению – она родилась в день рождения моей мамы. Когда мы уже сходили друг от друга с ума, выяснилось, что наши отцы родились в один день. Дальше – больше: свадьбы наших родителей, оказывается, состоялись с разницей в один день!
      Наш первый сын Мишка родился через два года. Точно в день рождения Маши и моей мамы. Сейчас Мишка выше меня, учится в институте.
      Наш второй сын Гришка родился через шесть лет. Точно в мой день рождения...
      Уже много-много лет всякий раз, когда я просыпаюсь раньше моей жены, а в комнате нашей светло, я подолгу смотрю на ее лицо с одной и той же мыслью: «Господи, как же она хороша!»
      «Ну, а причем здесь автомобиль? – спросит читатель. – Эта глава не «почти», а совершенно никакого отношения к нему не имеет».
      А вот и имеет. Много лет спустя я спросил жену, что было самым первым импульсом к тому, чтобы ей, актрисе, заметить инженера в рваных польских джинсах с окладом в сто тридцать пять рублей? С чего все началось?
      Она ответила:
      – Помнишь, ты учил меня ездить?
      – Когда дал по шее за сцепление?
      – Нет, это на меня как раз не произвело впечатления. Я чуть не врезала тебе в ответ по физиономии и просто перестала бросать педаль. А вот раньше, когда ты сидел за рулем!.. Ты так красиво ведешь машину, так уверенно, у тебя такие большие и ободранные руки... И я подумала тогда: наверное, этот человек так же уверенно может вести по жизни и женщину.
      (Продолжение «Love story»)


«« Предыдущая Все главы Следующая»»
Юрий Гейко
counter